![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
Коротко поблагодарив ее, и это было не обязательно, Пинок сбежал по огромной глухо-деревянной лестнице (тоже из черного почти дуба) и нырнул между руками себя, под подставленный ими, ими ему (как ребенка поменьше ждут надевать тоннелем готовую кофту или, обрушивающийся о мягкий, настоящий детский круп, после, свитер) ремень сумки. Сумка много значила. Она появилась (другая тогда) сравнительно поздно и только понадобившись, а значит сопровождая первые выходы, тогда так теперь самим, со своими теперь тогда (но все, конечно, нужными или учебе или не правда, не по-настоящему, а только знать, что с собою, или иногда (правда: изредка), показать совсем другому ребенку) вещами. Теперь она выдавала, неуместными, под, годы и годы в себе не знающей тела, кожей, позвонками, ручную мельницу - одну из немногих, каких в Радиусе не делали, и с ней несколько ему одному понятных предметов, большинство из которых, были только описаны на бежевых мятых кусочках, такой для него когда-то магически глубокой, а в тот день давно уже разумеющейся, бумаги.
Вот он перед домом; он по улице; вот он не смотрит на птиц на дереве детской площадки (разумеется, мимо)
Тошно.
Завтра мы понаблюдаем, как спят по ночам злодеи.
Никогда еще рынок анимамамама тра-та-та-та-та-та-та!
Где люди
Как и дома-коробки
Пахнут снегом
Где дважды два к пяти клонится снова
Переиначена сама основа,
И слава повод для стыда
А стыд- для славы.
Где кормят ложью голодающих ораву,
Где сини рожи, красны флаги, темны мысли,
Простынки драны на канаты взлезли.
Где страждущим и жаждущим печенья,
несут на завтрак МИСКУ С ОГОРЧЕНЬЕМ.
Где Мучеников Мучают, где плохо
Где Алексея называют "ЛЕХА"
А Таню Маней
А Мальвину тезкой,
Хотя зовутся КОРЬ.
Имымя ЗУД.
